Алан Дзагоев: «Не сомневались, что выйдем из группы. А зря…»

Алан Дзагоев: «Не сомневались, что выйдем из группы. А зря…»

Лучший бомбардир российской сборной на чемпионате Европы оказался одним из немногих, к кому по итогам турнира не предъявляли претензий — ни болельщики, ни эксперты. Неудивительно, что именно он стал лауреатом нашей «Звезды» в первом летнем месяце. Но сам футболист оценивает свои июньские достижения куда критичнее.

— Раны от чемпионата Европы уже затянулись?

— Вспоминать его, конечно, вспоминаю, но уже гораздо реже, чем в первые после нашего вылета дни. Отвлекало в первую очередь понимание того, что надо не зацикливаться на неудаче, а двигаться дальше.

— Тем не менее за прошедший месяц вы наверняка не раз прокрутили в голове ключевые моменты Euro-2012. Как сформулируете теперь: чего именно нашей сборной не хватило в игре с греками?

— Да так же, как и непосредственно после игры: последнего удара. Или, иначе говоря, удачи.

— То есть вы считаете, что играла команда хорошо?

— Нормально играла, полностью контролируя ситуацию. Думаю, что по большому счету греков переигрывали.

— На самом деле они-то как раз такой футбол и любят: отдать территорию и мяч, терпеливо обороняться и поджидать свой шанс.

— Может быть, хотя и не понимаю, как можно любить сидеть в окопах. И потом заметьте: с поляками и чехами они так не играли. Видимо, в том, что они окопались, была и наша заслуга.

— С поляками и чехами они быстро пропускали и вынуждены были отыгрываться. Вы им таких проблем не создали.

— Увы. В первом тайме мяч трижды пролетал в сантиметрах от греческих ворот. А залети он туда хоть раз — совсем другая игра пошла бы.

— Понимаю, что вам, впервые попавшему на подобный турнир, сравнивать не с чем, но все-таки спрошу: как чувствовали — нагрузок на тренировках было достаточно? С «физикой» было все в порядке?

— Считаю, что да.

— Между тем все потом говорили, что «гонять» вас надо было больше…

— Чтобы в конце концов загнать?

— Нет, конечно, но вы вряд ли будете спорить, что сборная Россия шла по турниру по нисходящей траектории и физически с каждым матчем смотрелась все слабее.

— Сейчас всё объясняют исходя исключительно из итогового результата. Могу вас уверить, повези нам чуть больше, реализуй мы хотя бы один свой момент в первом тайме встречи с греками, никто потом о «физике» не заикнулся бы.

— Хорошо, поставлю вопрос конкретно: вы лично с греками чувствовали себя на поле так же, как и с чехами?

— Да нормально все было. Во втором тайме подустал, ну так и с чехами без этого не обошлось.

У СОЛОВЬЕВА БОГАТАЯ ФАНТАЗИЯ

— После громкого проигрыша обязательно появляются разные слухи о том, что творилось внутри команды. На этот раз, слава богу, никто не додумался до кальянов, спиртного и прочего джентльменского набора. Зато муссируют некие внутренние конфликты между игроками.

— Мне о них ничего не известно. Может, просветите?

— Пожалуйста. Один известный телеведущий утверждал в своем твиттере, что после первого тайма матча с греками Широков якобы сказал Аршавину: «Ты когда бегать начнешь?», а Андрей ответил: «Тебе надо, ты и бегай»…

— Да уж — богатая фантазия! Но это полная ерунда — никаких конфликтов у нас не было, только абсолютно рабочие моменты, без которых ни одна команда не обходится. Самое же противное, что многие люди как будто только и ждут, чтобы им подбросили очередной «жареный» факт — верят всему. Вот я, находившийся рядом, могу вам сейчас подтвердить: история про Широкова и Аршавина — абсолютная выдумка. Но, уверен, даже это свидетельство не убедит желающих в нее поверить. Прискорбно, но это так.

— Вам досталось меньше партнеров по сборной…

— На самом-то деле я считаю, что вина в проигрыше у всех одинаковая — в том числе и у меня. Мы были одной командой и проиграли все вместе, поэтому валить все на двух-трех человек неправильно. Да и несправедливо.

— Вы один из тех, кто будет определять будущее нашей национальной команды. Как думаете, что надо сделать, чтобы ее вновь полюбили болельщики?

— Что бы мы ни делали, отношение зависит только от результата. Не потерпи сборная России поражения, никому и в голову не пришло бы распространять небылицы о ее игроках.

— Вы можете оспаривать падающий уровень физической готовности сборной, но то, что эмоционально команда разряжалась от матча к матчу, было, по-моему, очевидно.

— Сказал бы так: мы, наверное, были излишне спокойны. Никто не сомневался, что из группы можем и должны выходить. Зря так считали. Но еще раз повторю: футбол — такая игра, где от одного реализованного или нереализованного момента зависит все, вплоть до окончательных оценок игры команды на турнире.

— Но суть-то в том, что за весь второй тайм игры с греками, когда эта самая окончательная оценка стояла на кону, вы создали один-единственный момент — тот, когда мяч после вашего удара головой пролетел в сантиметрах от штанги. Чего же не хватало? Куража, мастерства или силы воли?

— Во втором тайме греки просто встали всей командой сзади, и мы увязли в их многослойной обороне. Наверное, куража действительно не хватило, но говорить о том, что мы не хотели выиграть или не отдали на поле все силы, могут только необъективные люди.

— Между тем, сравнивая вас с соперником, многие отмечают, что греки в отличие от сборной России на самом деле «умирали» на поле.

— Знаете, когда команда только отбивается, она вынуждена пластаться в подкатах и бросаться на каждый мяч. Вот и создается впечатление, что она «умирает».

БУДЬ МОЙ ВЫБОР, ПРЕДПОЧЕЛ БЫ ИТАЛИЮ

— Может быть, ваши эмоции потерялись в четырех стенах варшавского отеля «Бристоль»? Вам лично это «заточение» не мешало?

— Нет. На таком турнире не думаешь о прогулках. А тренировки, отдых, восстановление — все это проходило вполне нормально.

— То, что даже при столь раннем вылете команды вы остались в числе лучших бомбардиров турнира, — достижение?

— Наверное, но оно никак не может заменить главное — командный результат.

— Вам, поймав такую голевую удачу, вылетать, как я понимаю, было обиднее всех в нашей сборной?

— Да всем было одинаково обидно! Могли ведь пройти довольно далеко.

— На групповой стадии вы, помнится, выделяли португальцев. Обыграй греков, выходили как раз на них. Справились бы?

— Что после драки кулаками махать? Проверим в отборочном цикле к чемпионату мира.

— Кто, на ваш взгляд, лучший футболист Euro-2012?

— Иньеста.

— Хотелось бы быть на него похожим?

— Конечно.

— Как вас встретили дома родные и друзья? Утешали или подкалывали?

— Поддерживали.

— И резюмируя: что вы в итоге вынесли для себя из первого в жизни крупного турнира на уровне сборных?

— Массу очень важных вещей. Опыт, полученный в Польше, ни с чем не сравнится, даже с Лигой чемпионов. Теперь нужно воспользоваться им по максимуму.

— Следите за эпопеей с назначением нового главного тренера сборной?

— Это довольно трудно. Только-только, судя по сообщениям прессы, им стал Манчини, как уже его сменил Капелло (улыбается).

— Знаю, что вы — за Газзаева, и поддерживаю вас в этом, но если все-таки футбольное руководство склонится к иностранцу, то есть ли для вас разница между Капелло и, к примеру, Манчини с Гвардьолой?

— Если судить по именам и репутации, то все они — отличные специалисты. А сказать что-то большее, не поработав под их началом, вряд ли смогу.

— Слухи об интересе к вам разных европейских клубов бодрят?

— Ничего конкретного за этими слухами не стоит.

— Но самолюбие они, наверное, все равно щекочут?

— Уже нет. Когда услышал первый раз о «Реале», действительно было приятно, не стану скрывать. Но сейчас просто не обращаю внимания.

— А если появится конкретное предложение, задумаетесь об уходе из ЦСКА?

— Пусть оно сначала появится. Я уже говорил, что попробовать себя в Европе хотел бы, но, естественно, не каждое предложение может к этому привести. Оно, во-первых, должно устроить ЦСКА, а во-вторых, меня самого.

— Ваши приоритеты при этом меняются? Куда поехали бы в первую очередь, будь такой выбор?

— В Италию.

— «Звездой» месяца вы стали не в первый раз. Не пора ли замахнуться и на «Звезду» года?

— Зачем давать громогласные обещания? Если заслужу на поле — значит, замахнусь.

СЕКУ ОКАЗАЛСЯ ЗНАТНЫМ БАРАБАНЩИКОМ

— Давайте перейдем к более приятной теме. Как вам собственная свадьба, понравилась?

— Очень! Волновался перед ней жутко, но все прошло отлично. Даже не ожидал, честное слово.

— Что запомнилось больше всего?

— Да я все помню: и московская часть, и владикавказская словно перед глазами стоят — в самых мелких подробностях.

— Мне из московской части, где довелось присутствовать, больше всего запомнилось соло на барабанах Секу и фейерверк.

— Да, Секу оказался знатным барабанщиком! А во время фейерверка все Третье кольцо, рядом с которым мы праздновали, встало, чтобы посмотреть.

— А во Владикавказе, говорят, вместо полутора тысяч гостей, на которых рассчитывали, пришли все три?

— А это-то откуда известно? Вы же во Владикавказе не были?!

— В наш век как только в одном углу планеты чихают, в другом сразу говорят: «Будьте здоровы!»

— Да уж.

— Но как вы справились с таким количеством гостей?

— Знаете, главное — радушие и искреннее желание поздравить. Когда они есть, никто не обращает внимания на духоту и тесноту, которых не может не быть, когда гостей приходит вдвое больше. Я очень благодарен всем, кто разделил со мной столь важное событие.

— А почему Зарема все время была такой серьезной?

— Так положено. Невеста на осетинской свадьбе обязана быть скромной, опускать глаза вниз.

— Жениха подпустили к ней далеко не сразу — это тоже обычай?

— Да. Жених тоже должен вести себя скромно (улыбается).

— Получалось?

— А разве вы не видели?

— В Москве видел, но кто его знает, что было во Владикавказе?

— Во Владикавказе я вообще был образцом скромности (смеется).

В АВСТРИИ ЦСКА БЫЛ НЕПЛОХ

— Отходили от таких бурных торжеств долго?

— Двух дней послесвадебного отпуска не хватило. Приехал в Австрию на сбор — глаза еще сами собой закрывались.

— Наверное, режим нарушили?

— Имеете в виду спиртное? Если б я еще и тут отличился, то не просто спать хотел бы, а с ног валился бы как подкошенный. А так все-таки к пятнице пришел в себя и на занятиях выглядел уже более или менее свежо.

— Получается, что в матче против «Крыльев Советов» в четверг выглядели плохо?

— Умеете вы сразу к слову прицепиться! На самом деле физически было действительно непросто, но ничего вроде бы не портил, а с мячом работал абсолютно нормально.

— На Euro у вас был рекордный вес — 73 с половиной килограмма. А каков он, интересно, после свадьбы?

— Обжорством я там не увлекался, если вы на это намекаете. Но когда много нервничаю, вес почему-то и правда растет. Хотя сейчас он вполне нормальный, боевой, хотя и не рекордный — 74 с половиной.

— А что вообще произошло с основным составом ЦСКА в первом тайме игры с «Крыльями», проигранном 0:2? Резерв — и тот свой тайм выиграл.

— Да ничего особенного — они дважды подошли к нашим воротам и оба раза забили. Мы же имели большое преимущество, создали пять верных моментов, однако ничего так и не залетело. Бывает.

— Почему же не забиваете, если моменты верные?

— Реализация подводит. Да и удача в тот вечер напрочь от нас отвернулась. С «ПСЖ» сыграли гораздо продуктивнее.

— Можете чем-то приободрить армейских болельщиков, которые опять в тревоге?

— Для начала надо понимать, что делать категорические выводы по товарищеским играм всегда опрометчиво. Вот пройдут два-три тура чемпионата — тогда и станет понятно, в какой футбол мы сейчас играем и в какой форме находимся. А во-вторых, могу сказать, что играли мы совсем не плохо — и рисунок в атаке был, и прессинговали довольно эффективно. Это в данном случае куда важнее счета.

— А еще ЦСКА ждет двух сильных игроков в подкрепление…

— Вот про это ничего не могу сказать, потому что не в курсе. Уточняйте у руководства клуба.

www.sport-express.ru

16.07.2012 » Интервью


2008-2018 Новости ЦСКА и чемпионата мира по футболу 2018 : КС : Архив